| Ясновидение на службе правоохранительных органов В шесть часов утра третьего декабря 1967 года Дороти Эллисон, домохозяйка из Нью-Джерси, проснулась под сильным впечатлением от увиденного ею сна. Она увидела тело мальчика, застрявшее в какой-то трубе. Этот мальчик представился ей в зеленом комбинезоне, ботинки его были надеты не на ту ногу. Ей показалось, что мальчик поляк. Через несколько дней, все еще находись под впечатлением от своего видения, она позвонила в полицейское управление штата. В полиции скептически отнеслись к словам женщины, заявившей, что ей во сне привиделся пропавший без вести мальчик, но, когда она подробно описала свой сон, полицейские изменили свое мнение. Причиной этому послужило то обстоятельство, что польский мальчик по имени Михал действительно недавно гулял по берегу канала, одетый в зеленый комбинезон, во время прогулки он поскользнулся и упал в ледяную воду. Несмотря на предпринятые тщательные поиски, его тело так и не было обнаружено. Было также установлено, что сон привиделся Дороти Эллисон за два часа до того, как мальчик исчез.
Как и в других подобных случаях, полиция торопилась найти тело, чтобы родители мальчика узнали, что произошло, и смогли предать тело сына земле. Дороти Эллисон решила попробовать помочь им. Она с детства испытывала нечто близкое ясновидению, и, хотя никогда не занималась этим ради денег, все же считала, что поступающая через сны и видения информация может во многом помочь людям. С помощью доктора Ричарда Рибиера, гипнотизера, против участия которого не возражала полиция, Дороти вошла в полугипнотическое состояние. Ей периодически виделись числа 8 и 120, она также увидела автостоянку, расположенную за принадлежащим концерну «Ай-Ти-Ти» заводом, а также то, что тело неправильно обутого ребенка застряло в изгибе трубы. В полиции сомневались, что подобная информация может им помочь, — завод находился на значительном расстоянии от того места, где упал ребенок, и вряд ли его тело могло там очутиться. Дороти также считала, что тело будет обнаружено седьмого февраля.
Когда наступило седьмое число, морозы сменились оттепелью. Из трубы, расположенной рядом с заводом «Ай-Ти-Ти» (это на другом конце города), потекла вода со льдом. К полудню поток воды усилился, и в час двадцать дня тело маленького поляка в зеленом комбинезоне освободилось из ледяного плена, его ботинки действительно были надеты неправильно. Это место оказалось расположено рядом с местной школой — государстве иной школой номер восемь.
После этого случая Дороти Эллисон оказывала помощь полиции при расследовании четырех тысяч дел. Во всех этих случаях она реагировала лишь на непосредственное и открытое обращение к ней за помощью, — Дороти работает только с теми делами, в которых полиция не скрывает факта использования ее экстрасенсорных способностей. В более позднем случае, а именно в феврале 1989 года, с Дороти связались представители Службы поиска пропавших без вести и попросили ее помочь отыскать девочку по имени Хизер Черч. Дороти сообщила им, что Хизер похитил человек по имени Чарльз Брауни. «Брауни с «и» в конце слова», — настаивала она. На самом деле полиция и так подозревала человека по имени Роберт Чарльз Брауни, но у них не хватало улик, чтобы завести против него уголовное дело. Полиция занялась личностью подозреваемого более серьезно. Выяснилось, что он, в частности, отбывал срок в новоорлеанской тюрьме. Получив отпечатки пальцев Брауни, полицейские еще раз осмотрели место преступления и найми там отпечатки, соответствующие полученным. Но для того чтобы суд наверняка признал Брауни виновным, были необходимы более убедительные улики. Информация, полученная Дороти экстрасенсорным путем, гласила, что полиция обнаружит такие улики в принадлежавшем Браун и автомобиле светло- коричневого цвета. После тщательных поисков машина была обнаружена, и, хотя с момента исчезновения Хизер Черч прошло около пяти лет, в салоне были найдены следы ее крови. Брауни был арестован и передан суду.
А вот сны Криса Робинсона довели его до серьезных неприятностей. С 1989 года он с большим успехом предсказывал место и тип террористических актов, проводимых ИРА, задолго до того, как они должны были произойти.
В первом же сне, который, как чувствовал Крис, имел особое значение, ему «были показаны» городок в английском графстве Вест и небольшой мотель, в котором группа из пяти ирландских террористов разрабатывала план террористического акта. Когда Робинсон проснулся, он понял, что это место — Челтенхем, потому что в его сне присутствовали большие спутниковые антенны, назначением которых был прием информации, связанной с безопасностью страны. Эти антенны принадлежали правительственному центру связи «Джи-Си-Эйч-Кью». Крис понял, что именно этот Центр является целью ИРА и что множество людей, работающих на этом объекте, должны будут погибнуть.
Робинсон сразу же связался с Полом Эйлоттом, следователем, которого он давно знал. У Эйлотта были связи с сотрудниками Скотланд-Ярда, лондонского полицейского управления. Скотланд-Ярд, в свою очередь, мог помочь выйти на спецслужбы. Эйлотт согласился помочь Робинсону. Оба они понимали, что, если станет известно об источнике, из которого Робинсон узнал о готовящемся теракте, могут возникнуть серьезные сомнения в подлинности этой информации.
Через восемь дней в новостях появилось сообщение, что полиция арестовала в одном из отелей Челтеихема группу ирландских террористов. В ходе обыска были обнаружены огнестрельное оружие и взрывчатые вещества. Робинсон внезапно понял то, о чем он раньше только догадывался: с ним творится что-то очень серьезное. Ему была предоставлена группа поддержки, в которую входили Эйлотт, еще один полицейский, священник и журналист из газеты. Отныне Крис вел дневник, в который записывал свои сны, передавая эту информацию группе поддержки. Когда он начал вести дневник, то обнаружил обстоятельство, почти столь же изумительное, как и факт существования вещих снов. Робинсон думал, что будет просыпаться и записывать свои сны, но, когда он проснулся на первое же утро после принятия решения вести дневник, первая страница была исписана его почерком. Робинсон до сих пор не знает, в чем здесь дело: возможно, он просыпался ночью и потом забывал об этом, или же просто страдал чем-то вроде лунатизма.
В ночь на восьмое января 1990 года Робинсону приснилось похищение младенца из некой больницы, расположенной на берегу реки, — ему показалось, что эта река — Темза. Три дня спустя Александру Гриффитс похитили практически из рук матери — прямо из роддома, входящего в состав больницы Святого Томаса, расположенной в Вестминстере и выходящей фасадом на Темзу. Несколько часов спустя в дверь дома Робинсона постучали — два полисмена хотели знать, где он спрятал ребенка. В полиции были убеждены, что Робинсону очень хотелось, чтобы его сны сбылись, так что он отправился в больницу и выкрал ребенка, — позаботившись таким образом, чтобы его предсказание воплотилось в реальность.
Это был не последний раз, когда тень подозрения падала на самого Робинсона. В конце концов, как мог он узнавать о событиях, которые еще не произошли? Некоторые рационально мыслящие умы попросту не могли этого понять. По мере заполнения «дневника снов» Робинсон обнаружил, что существует некая система символов, действующая в его снах, и в итоге он эту систему практически полностью познал. Его предсказания не всегда были точны, — но обычно это происходило потому, что он не мог понять значение символов или слов. Это во многом напоминало разгадывание кроссвордов и иногда разгадками необходимо было как следует поломать голову.
Следующая серия немаловажных событий началась 16 января 1990 года. Во сне Робинсон увидел три потенциальных места нахождения «адских машин» ИРА, эту информацию он получил в форме почтовых индексов: дна кода «ВТ» и один «LE1». «LE1» — почтовый индекс центра города Лестер. «ВТ» является индексом Белфаста, столицы Северной Ирландии, — Робинсон считал, что бомбы были посланы именно оттуда. Через несколько дней Робинсона пригласили в полицейский участок для изложения своих мыслей по поводу этого дела. Через два часа после окончания этого разговора в центре Лестера взорвалась бомба. В какой именно его части? В небольшом районе, почтовый индекс которого — «LE1».
После этого Робинсону начали сниться сны о бомбах и Стенморе (графство Мидлсекс) и Уэмбли-Хай-Роуд, в последнем он сам когда-то работал в магазине электротоваров — до того как магазин вошел в состав сети магазинов «Диксоне». С течением времени информация становилась более подробной, и, когда все «кусочки мозаики» сложились в цельную картину, Робинсон пересказал то, что пришло ему в голову, Полу Эйлотту, полицейскому, с которым он сотрудничал. По его мнению, бомба должна была быть подложена под небольшой грузовик или микроавтобус в Уэмбли-Хай-Роуд. Он надеялся, что, владея этой информацией, Эйлотт сможет что-либо предпринять. Шесть часов спустя Робинсон включил телевизор и узнал, что сержант Чарльз Шепмен из призывного участка британской армии подорвался на бомбе после того, как завел свой автомобиль, а именно — микроавтобус марки «Шерпа», припаркованный у магазина «Диксоне» в Уэмбли-Хай-Роуд.
Когда Робинсону приснились вооруженные псы у базы Королевских ВВС, расположенной в Стенморе, графство Мидлсекс, он понял, что это значит, — псы означали террористов Ирландской Республиканской Армии, намеревающихся провести теракт. Но Робинсон не знал, когда именно произойдет нападение. Расстроенный осознанием своей неспособности предотвратить ужасные события и ощущением того, что полиция действует недостаточно быстро, он решил заняться этим делом лично. Он отправился на базу ВВС в Стенморе, подошел к воротам и сказал охраняющим их солдатам, что он экстрасенс и что на базе вскоре произойдет теракт — примерно то же, что за день до этого случилось с сержантом Чепменом из Уэмбли.
Робинсона арестовали, обыскали и допросили. Наконец-то к его словам отнеслись со всей серьезностью! После многочасового допроса военные, не сомневавшиеся в том, что он сумасшедший или мошенник, получили факс из антитеррористического управления, в котором говорилось, что Робинсона следует отпустить. Месяц спустя на базе ВВС была обнаружена бомба. К счастью, она сдетонировала без особых последствий и никто не погиб. Но многие сотрудники полиции до сих пор убеждены, что Робинсон работал на ИРА, — он, якобы, пытался получить доступ к информационной системе полиции, утверждая, что является экстрасенсом.
После одного из терактов Робинсон принял решение, что будет пытаться определить исполнителей террористических актов с помощью информации, получаемой во сне. За несколько дней с помощью атласа Лондона он почувствовал, что область поисков сузилась до участка в 400 квадратных метров, расположенного в лондонском районе Килбурн. Робинсон решил позвонить Крису Уотту, его знакомому из лондонской городской полиции Уотт отнесся к словам Робинсона скептически, но тот объяснил, как именно он пришел к такому выводу. Предстояло поверить множество квартир, но Робинсон знал, что в этом деле каким-то образом замешаны фамилии Сидмаут и Чемберлен.
Примерно месяц спустя Робинсон купил газету «Дейли Экспресс» и увидел заголовок: «Разгромлена мастерская по производству бомб, принадлежавшая ИРА». Была захвачена тысяча фунтов взрывчатки, шесть человек были арестованы, кроме того, перехвачены два автомобиля, набитые взрывчаткой и оружием. Мастерская располагалась в Килбурне, в квартале под названием Сидмаут-Корт на улице Чемберлен-роуд. Робинсон ощутил огромную радость и позвонил Крису Уотту, чтобы поделиться с ним своими впечатлениями по этому поводу. Но у Уотта настроение было отнюдь не победным, и он заявил, что больше не желает иметь с Робинсоном дела. После этого они больше не встречались. Считал ли Уотт, что Робинсон заранее знал, где расположена ячейка ИРА? Что он просто продал террористов ? Или рационально мыслящий полицейский посчитал, что все это уже чересчур?
Однако другое известные люди все же относились к способностью Робинсона с должной серьезностью. В конце 1990 года Робинсон вступил в переписку с членом местного парламента Грэхемом Брайтом. Незадолго до этого Джон Мэйджор стал премьер-министром Великобритании, и Робинсону начали являться сны о готовившемся покушении на него. По счастливому стечению обстоятельств Брайт стал личным парламентским секретарем Джона Мейджора. На письмо Робинсона был получен более обстоятельный, чем это случалось ранее, ответ:
«Благодарю Вас за письмо, датированное четвертым декабря, с перечнем происшествий, которые Вы предвидели. Как Вы знаете, я поддерживаю контакты с полицией и лично говорил с начальником полиции города Лутона. Полиция графства Кембриджшир знает о Вас и о том, что Вы готовы передать им кое-какую информацию.
Если Вы захотите сообщить мне дополнительные подробности, в частности, — какие именно события Вы ожидаете в будущем, я сделаю все, чтобы соответствующие ведомства получили эту информацию».
Робинсон увидел во сне почтовый индекс «SW1», а резиденция премьер-министра Великобритании — расположенная по адресу Даунинг-стрит, 10 — как раз и мест почтовый индекс «SW1». Робинсон знал, что нападение будет совершено с помощью ракеты и что в нем будут участвовать два человека. Десятого декабря ему приснились террористы из ИРА, перекрашивающие в белый цвет фургон или микроавтобус. Третьего февраля ему приснилось, что при нападении террористы пожертвуют микроавтобусом. Шестого февраля Робинсон увидел во сне, как в воздух взлетают три ракеты, кроме того, он снова увидел почтовый индекс «SW1». Его не покидало чувство, что теракт будет совершен в этот или на следующий день. В то же утро зазвонил телефон, и Грэхем Брайт сообщил Крису, что была совершена ракетная атака на резиденцию премьер-министра на Даунинг-стрит, 10: из белого фургона были выпущены три ракеты, а через некоторое время он взорвался. Были замечены двое мужчин, убегавших с места преступления. Теперь Брайт действительно поверил в способности Робинсона.
Когда Робинсон повесил трубку, он осознал значимость того, что только что произошло: личный секретарь премьер-министра Великобритании позвонил ему, чтобы сообщить о нападении на высшее официальное лицо страны, через час после происшествия! Если это по указание на то, что к его словам отныне будут относиться со всей серьезностью, то что же еще?
Кок только Робинсону стали сниться события, которые еще не произошли в действительности, он начал задавать себе следующие вопросы: как такое может происходить? Почему, выражаясь его словами, ему было позволено видеть информацию? Особенно если учесть, что он часто был неспособен как-то повлиять на события, увиденные им во сне? И как ему следует реагировать на информацию, к нему поступающую?
Иногда Робинсону казалось, что на будущее можно повлиять, но в других случаях ему приходило в голову обратное. Обнаружение им террористической ячейки и Челтенхеме действительно могло привести к аресту террористов еще до того, как они совершили что-либо противозаконное. Стенморский случай также мог заставить военных усилить бдительность и таким образом и вбежать возможности теракта. Но были и другие случаи, когда он не мог ничего поделать, потому что разрозненные до того детали складывались в единую картину за считанные часы, а иногда и минуты до происшествия. В связи с этим Робинсон часто винил себя в неспособности правильно истолковать передаваемую ему информацию. Если бы он все понял раньше! Если бы его сны не были такими запутанными!
Робинсон до сих пор не выработал ясного представления о сущности времени, он только знает по личному опыту то, во что верят многие люди, — он способен увидеть события, которые в действительности еще не произошли.
Осенью 1979 года графство Йоркшир и вся Англия были повергнуты в шок: 12 женщин были убиты и еще четыре с трудом избежали смерти от рук человека, которого назвали «йоркширским потрошителем». На полицию постоянно давила общественность — люди хотели, чтобы убийца был обезврежен до того, как он нанесет новый удар. Кроме того что было объявлено о материальном вознаграждении человеку, который предоставит способствующую поимке преступника информацию, полиция также принимала звонки от людей, утверждавших, что они обладают полученными экстрасенсорным путем сведениями, позволяющими установить личность «потрошителя».
Одним из таких экстрасенсов была Нелла Джонс, жительница Лондона, занимавшаяся предсказаниями будущего. В октябре 1979 года миссис Джонс обратилась одновременно в полицию и в местную йоркширскую газету «Йоркшир пост». К ней прислали журналистку по имени Ширли Дэвенпорт, — та должна была взять у Джонс интервью. Дэвенпорт знала, что этот материал никогда не появится на страницах газеты, — во-первых, существовало опасение, что его появление может привести к «подражательным убийствам», во-вторых, газета не хотела осложнять задачу и так загруженной работой полиции. Тем не менее Дэвенпорт пришла домой к миссис Джонс и тщательно записала то, что ей было рассказано. После она оформила все услышанное в виде интервью, но, как и ожидала, этот материал был «зарублен».
Три месяца спустя, в январе 1980 года, миссис Джонс снова связалась с Ширли Дэвенпорт. Дэвенпорт прослушала то, что сообщила ей Джонс, но записывать ее слова не стала. В ноябре 1980 года Нелла Джонс позвонила Дэвенпорт снова и сообщила, что семнадцатого или двадцать седьмого ноября будет совершено новое убийство.
В ночь на семнадцатое ноября «йоркширский потрошитель» убил свою тринадцатую жертву. Дэвенпорт обратилась к редактору газеты с предложением напечатать статью, но это предложение было вновь отклонено. Через несколько недель Питер Сатклифф был арестован и ему было предъявлено обвинение в убийстве тринадцати человек. В прессе появились подробности о жизни этого человека. Когда Дэвенпорт просмотрела записи своих встреч с Неллой Джонс, она осознала важность всего, что та ей рассказывала. Сатклифф работал водителем грузовика в автотранспортной компании под названием «Кларк Транспорт». Во время первой встречи Нелла Джонс сообщила Дэвенпорт, что убийцей является водитель грузовика по имени Питер и название фирмы на кабине его автомобиля начинается с буквы «К».
Дэвенпорт увидела по телевизору материал о доме Питера Сатклиффа в Брэдфорде и была изумлена, — в январе 1980 года Джонс сообщила ей, что «потрошитель» живет в Брэдфорде, в большом доме с высоким железным крыльцом, дом является шестым по порядку на улице. В передаче был назван адрес Сатклиффа — Гарден-лейн, 6. Это оказался большой дом с высоким железным крыльцом. Не вся информация, переданная Джонс, оказалась правильной, но Дэвенпорт писала о своих встречах с ней следующее:
«От этого дела у меня осталось просто невероятное впечатление. Все это не имело никакого отношения к обычным совпадениям, которые часто случаются, когда пытаешься о чем-либо догадаться. К тому же, необходимо помнить, что на протяжении всех предшествующих поимке преступника двух лет люди были убеждены, что полиция ищет человека не из здешних мест, а проживающего где-то на северо-западе Англии, который к тому же работает на заводе по производству каких-то машин».
Мы не знаем, насколько тесно полиция и военные организации всего мира сотрудничают с экстрасенсами. Если это сотрудничество все же имеет место, силовые структуры крайне неохотно признают этот факт каким будет отношение к логическим и дедуктивным способностям детективов, если окажется, что экстрасенсы способны указать на человека, совершившего преступление, без проведения каких-либо следственных мероприятий? Кроме того, экстрасенсы вроде Криса Робинсона сталкиваются с явной опасностью: чем более достоверной оказывается предоставляемая ими информация, тем выше вероятность того, что их деятельность привлечет внимание террористов и других преступников, которые, разумеется, не хотят, чтобы их действия кто-то предсказывал. В таких случаях было бы целесообразно хранить подробности работы экстрасенсов в тайне. Надо учитывать еще одно обстоятельство: на каждого провидца, предоставляющего верную информацию, приходится множество «пророков», чьи видения не имеют ничего общего с действительностью, и полиция, разумеется, станет работать только с теми экстрасенсами, которые зарекомендовали себя с самой лучшей стороны. Возможно, мы никогда не узнаем подробностей сотрудничества спецслужб с экстрасенсами, — хотя не исключено, что этот метод раскрытия преступлений является наиболее эффективным. mir-znaniy.com |
| Легенда об Абхартахе — Ирландский вампир Абхартах якобы был древним правителем небольшого королевства V или VI веков, которое граничило с нынешним городом Гарваг в Ирландии.
Согласно местной легенде, Абхартах поднимается из могилы, чтобы выпить кровь своих подданных. Хотя, скорее всего, это народная легенда, она была записана как реальная история в «Foras Feasa ar Eireann» доктора Джеффри Китинга («Всеобщая история Ирландии») между 1620 и 1631 годами, что, возможно, делает ее самой старой письменной историей о вампирах в Западной Европе.
Позднее он был переиздан в 1880 году в «Истории Ирландии» Патрика Уэстона Джойса, и, как предполагалось, кельтский вождь Абхартах мог быть прототипом классической фигуры вампира Брэма Стокера, Дракулы.
В V и VI веках в северной части Дерри, между городами Гарваг и Дангивен, район, известный как Гленуилин (долина орла), представлял собой лоскутное одеяло из мелких королевств, каждое со своим местным правителем или «королем».
Эти короли, возможно, были не более чем племенными военачальниками, и есть достаточно свидетельств их правления, поскольку сельская местность усеяна холмистыми фортами, древними ратами и ранними укреплениями, которые отмечали их соответствующие территории.
Абхартах, согласно преданию, был одним из этих вождей. Он был маленьким (возможно, уродливым), но, как говорили, могущественным магом и тираническим монархом. Его ненавидели подданные, которые хотели от него избавиться, но они были слишком напуганы, чтобы убить его сами из-за его предполагаемых магических способностей.
Поэтому они привели другого вождя по имени Катейн из соседнего королевства, чтобы тот сделал за них работу. Имя «Катрен» или «Катайн» — одно из предков семьи О'Кейн.
Катейн убил тирана и похоронил его стоя, как подобает кельтскому вождю. Но на следующий день Абхартах вернулся и потребовал чашу крови с запястий своих подданных, чтобы, как гласит легенда, «поддержать свой мерзкий труп».
Катейн пришел снова, убил его и перезахоронил, но на следующий день ужасный труп вернулся, требуя такой же кровавой дани. Затем Катейн посоветовался с христианским святым вместо друида. Ему сказали, что Абхартах не был полностью мертв и его нельзя убить из-за его магических способностей.
Он был одним из марбх бхео (ходячих мертвецов), которые будут мучить свой народ, если его не отстранят. Катейн мог сделать это, убив его мечом из тисового дерева, похоронив его вверх ногами, поместив шипы вокруг его благодати и огромный камень прямо поверх него.
Катейн сделал все это, даже дошел до того, что построил навес или гробницу над могилой. Этот памятник дал городку за пределами Гарваха название — Слагтаверти (пляж Абхартаха).
Сегодня гробницы нет, хотя говорят, что над местом захоронения остался один массивный замковый камень. Там тоже выросло дерево — якобы из первоначальных колючек, хотя оно намного моложе.
На земле под деревом лежал большой камень с двумя камнями поменьше, вероятно, остатки дольмена. Его ствол окружал круг из красной грязи, точного диаметра дерева.
Трава здесь перестала расти. Земля вокруг считается «плохой землей» и несколько раз меняла собственника, и даже сегодня местные жители не подходят к месту после наступления темноты. В регионе до сих пор говорят о «человеке, которого хоронили трижды».
В 1997 году были предприняты попытки расчистить землю; Согласно фольклору, у рабочих, которые пытались срубить колючее дерево, выступающее над могилой Абхартаха, якобы трижды возникала неисправность цепной пилы. При попытке поднять огромный камень стальная цепь порвалась, порезав руку одному из рабочих и зловеще, позволив крови просочиться в землю.
Могила Абхартаха теперь известна как Дольмен Слагтаверти, а местные жители называют ее «Могилой великана». Он состоит из большого камня и двух маленьких камней под боярышником. Дольмен расположен в городке Слагтаверти (ирландское: Sleacht Aibheartaigh), к северу от Магеры в графстве Лондондерри. tayna24.ru |
Комментариев нет:
Отправить комментарий